Гулящая


1 2 3

—   Нет, мамаша, ничего не пишет, чтоб ему пусто было! Пропадать мне приходится из-за него.

На глаза молодки навернулись слезы.

—   Мамочка, не плачь, — стала просить Алеська и сама заплакала.

—   Тихо, мой котик!—уговаривала внучку Паруля.

—   Да, наш папка сильно плохой! Мы с маманей письмо ему писали, и я прибавила, что он губитель наш...

—   Письмо писала?-О чем хоть? —с интересом спросила Паруля у Авдотьи.           .

—   Ой, мамаша, я уж и сама не знаю, что ему писать... Пусть он там шею себе свернет, гадина проклятая! До чего нас довел: хоть с голоду помирай! Дети на что похожи стали!.. А Когда ты стараешься добыть кусок хлеба, люди смеются, говорят всякую всячину. У людей нет жалости. Им бы только языки чесать!..

А на дворе тем временем темнело. Последний луч солнца выскользнул из хаты, и в ее углах притаился серый сумрак.

—   Алеся, Алеся, — позвала Авдотья, — сходи, мой котик, поищи детишек, а то они, горемыки, целый день не евши. Пойди, дочушка.

—   Хорошо, хорошо, мамочка, — пролепетала девочка и выбежала на улицу, громко хлопнув дверью.

—   Авдотька, Авдотька! — Плачущая старушка посмотрела по сторонам и продолжала: — Скажи-ка, доченька, правду ли про тебя люди поговаривают, будто бы ты, доченька... мужчин принимаешь? Скажи мне, ведь злые языки распускают про тебя эти слухи?.. Ах, •нападают бог и люди!

Авдотья вздрогнула и заходила по комнате, не зная, что ответить матери,—сознаться не позволяла совесть, а отказаться было тяжело. Она помолчала, решая, как быть, потом сказала, потупясь:

—   Матушка, все — одна брехня! Плюньте в глаза тому, кто будет врать об этом. Ой, и какие же есть занозы в нашем селе! Глаза бы выкололи, камнями бы закидали, кабы могли. Что я им плохого сделала? Или мешаю кому, стою поперек дороги?

—   Да, оно так, Дуня, такой уж мир: следят за тобой, как за мошенником. Надо, доченька, так жить, чтобы никто тебя ничем подковырнуть не мог.

Авдотья не ответила. Она кивнула, глубоко вздохнула и стала смотреть в окно.

—   Что, не видать ребятишек? — спросила Паруля.

—   Нет. Придут сейчас. Они и в потемках найдут дорогу... И вам, мамаша, пора идти, пока еще не совсем стемнело. Пока доберетесь помаленьку!..

Паруля поспешно поднялась с места.

—   Да, Да, Авдотька, пойду я, — промолвила она и заглянула в окно.—Ой, да уже совсем темно на дворе!

И старуха быстро вышла из хаты.

Авдотья проводила ее на улицу, попросила наведаться как-нибудь и, взяв на руки ковыляющего за Алеськой Семочку, вернулась домой.

В хате было совсем темно. Женщина зажгла коптилку, и от слабого дрожащего огонька на стены леглк черные лохматые тени.


1 2 3