Гулящая


1 2 3

Ну, вот и светло, вот и светло, малыши мои!.. Ты поиграй с Семочкой, Алеся, а я чего-нибудь поесть вам поищу.

Авдотья подошла к печке, открыла заслонку и достала два маленьких чугунка.

—   Вот нате, ешьте! — сказала она, ставя перед детьми горшок и наделяя каждого ложкой и кусочком хлеба.

Сгрудившиеся у шестка ребята жадно набросились на еду, будто целую неделю у них во рту не было ни крошки. Скоро чугунок опустел, а от хлеба не осталось и маковой росинки.

Сама Авдотья ничего не ела,

—   Ну, детки, укладывайтесь спать! — приказала она и, взяв меньшого на руки, уложила его за печкой на грязные лохмотья. Старшие ушли туда же и спокойно улеглись рядом с братом.

Авдотья вытерла лавку, поправила коптилку и, достав из-за пазухи неоконченное письмо, примостилась дописывать его.

«Как же закончить? Какое слово сказать, чтобы проняло оно его насквозь, проклятого?.. Эх, да разве тронешь чем-нибудь эту пропащую душу!» — подумала она и все же стала подыскивать нужные слова. Одно за другим целым роем закружились они в Авдотьиной голове, и каждое просилось в письмо. Наконец Авдотья выбрала то, что нужно, и уже склонилась над бумагой, чтобы писать, как вдруг в стекло кто-то постучал. Женщина невольно вздрогнула, но, овладев собой, подошла к окну.

—   Кто там?—спросила она.

—   Я... я... Лукаш... Пусти, Авдотья! Пусти-и!..

 

—   Чего тебе? Разве не стыдно засветло-то...—упрекнула она шепотом.

—   Пусти, пусти, Авдотья, я с деньгами. Я... я три рубля принес... И за старое расплачусь,— донесся со двора просящий голос.

Авдотья отшатнулась от окна, а губы ее повторяли:

—   Три-и-и рубля-я! Три рубля!.. Это же две недели жить с детьми!

И. не думая больше ни о чем, выскочила в сенцы, отворила дверь и позвала:

" Ну, иди! Иди! Ну, Лукаш!..

Порог переступил подвыпивший, но твердо стоявший на ногах рослый мужчина.

— Авдотья, где ты? —спросил он, не сразу заметив женщину.

Она не отозвалась, но загремела щеколдой. Лукаш раскинул руки, шагнул на стук и обнял Авт дотью.

— Подожди!.. Чего ты?.. — Она хотела еще что-то сказать, но Лукаш перебил ее, обеими руками притянул к себе, стал сбивчиво, отрывисто уговаривать...

А в его кармане звенело серебро.


1 2 3