Месть


1 2 3 4 5 6 7 8

Игнась налил чарку и поднял ее над столом, протягивая отцу.

—   Ну, старик!.. — весело воскликнул он и замолк. В дверь кто-то постучал.

Все насторожились и притихли.

—   Мики-и-та-а, Аксе-е-нья-я, прячьте сына... Прячьте... — протяжным шепотом донеслось в сени сквозь оконце. — Идут стражники, быстре-ей...

То был женский голос, и Аксенье показалось, что это

голос соседки Парули.

Подав знак рукой, чтобы другие оставались на месте, она бросилась за дверь. .

Радость встрезй мгновенно.исчезла: все встали из-за стола и, тревожно переглядывались. Микита с испуганным лицом посматривал на Игнася, который настороженно глядел вслед, матери.

—   Это ведь сумасшедшая Рубчиха прибежала нас напугать. Вот она, вот... Гоните ее взашей!

Выбежавшие во двор увидели встревоженную, пере? пуганную Марылю Рубец, которая настойчиво призыва*? ла Аксенью, несмотря на ее ругань, к осторожности.

—   Чего тебе от нас надо, губительница наша? — ещ громче закричала Аксенья, когда к ней подбежали Хрыз с Алссем Цапом.

—   Мама, погоди, постой, не кричи... В чем дело? спросил Хрызь, всматриваясь в лицо Марыли.

—   Я прибежала остеречь вас от беды... Только ч узнала, что к вам собираются прийти с обыском... А мо жет, уже идут... Тише, вот слышите-е...

Марыля понизила голос и отступила на нес кол ьк шагов назад. То же сделали и остальные.

Неподалеку от хаты послышался топот множеств ног.

—   Прячьте-е Игнася, полиция! — громким шепото проговорила Марыля и бросилась наутек. За ней пустил ся Алесь, не отдавая себе отчета, зачем и куда он бежит.

Хрызь повернулся к двери, но не успел открыть е как с улицы донесся крик:

—   Сто-ой! Держи! Стреляй!

Несколько человек вскочили во двор и бросились к Дксенье и Миките, другие побежали за хату. Это были стражники.

—   Где сын? — завопили двое в один голос, обступив стариков. — Говори, не то смерть на месте!

Напуганные до беспамятства, старики Вилы не могли вымолвить ни слова.

—   Говори-и! — закричал в ярости один стражник и злобно хлестнул старого Мйкйту нагайкой по плечам.

—   А-ай! — застонал Микита.

И не успел Оборваться его крик, как из сеней послышалось несколько револьверных выстрелов...

Раздалось гулкое эхо. А через несколько минут, когда, опомнившись от' неожиданной стрельбы. Стражники во главе с приставом ворвались в сени и радостно закричали: «Сдавайся!» — Игнась лежал на скамье с пробитой головой, с окровавленным лицом и одеждой, а возле него, бледные как смерть, стояли Трофим, Хрызь и Фейга.


1 2 3 4 5 6 7 8