Зеленый шум


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Но не меньше порадовали меня и колхозы. Один из них, Асьминовка, производит очень выгодное впечатление. Это уже крепкий коллектив. Люди в нем подобрались один к одному: старательные, рассудительные, ладные, и работа спорится! Сейчас широко развернуто строительство школы, мельницы, ветеринарного пункта. Общественные хлева закончены еще весной — и ты поглядел бы, брат, что за красота! Отношение к скоту заботливое и хозяйское. В минувшем году коллектив выплатил весь налог, и еще остался значительный резерв. Интересно, что обобществление кормов принято было очень хорошо всеми членами коллектива. Словно бы это велось десятки лет. В труде стало обычным соревнование. Почти никто никого не подгоняет, не упрекает в лени. Ну, поверишь ли, меня все это до того увлекло, что я, заехав к родителям, вовсю повел агитацию за создание колхоза в своей деревне. Как раз мой приезд совпал со временем, когда мысль о колхозе стала возникать у наших крестьян. Мои прежние письма к отцу, беседы студентов со своими родителями, работа сельской партячейки И комсомольцев сделали то, что, как говорится, семена упали на подготовленную почву. Я встретил дружную поддержку со стороны односельчан-бедняков, среди которых три партийца.  Отец с нами тоже. Неожиданно образовалось руководящее ядро. Кстати подъехали представители окрзу 1 и созвали собрание. На повестке дня — основание колхоза. И, знаешь, предложение встретило хоть и не всеобщее, но большое одобрение. Правда...»

Внезапный лай пробежавшего двором пса привлек Якова к окну.

Он прислушался: и то ли ему показалось, то ли на самом деле на огороде что-то зашуршало.

А может, то на яблоне, где ночевали куры, какая-нибудь из них захлопала крыльями?

Яков продолжал настороженно вслушиваться, но шум больше не повторился.

И только когда он снова нагнулся над бумагой, что-то скрипнуло со стороны хлева. Перо дрогнуло в его руке, и написанное слово выбилось из строки.

Яков встал и прошелся по хате.

За окном, на улице, вновь затрещала трещотка сторожа. Ее звуки ничем не отличались от прежних: сторож никого не пугал, а просто подавал о себе весть. Между тем и Яков и сторож не подозревали о заговорщическом сборище на гумне у Папелки. На огороде Плота шум поднял Пасьвич, который несколько минут спустя скрипнул перелазом.

Плотно притворенные ворота гумна приглушали тихни шепот пяти человек. Разговор таил острую опасность, в темной ночи рождались злоумышленные планы.

Больше всех старался Адась, его корявое лицо выражало лютую ненависть. Потрясая кулаками, он разжигал в своих единомышленниках чувство мести к сыну и отцу Плотам. В них Адась видел главную угрозу скорой утраты многолетней зажиточности.

—   Мы не можем этого прощать. Они принесли нам погибель. Пропадать — так с музыкой. Поганцы Плоты должны испытать на себе нашу месть, — говорил Адась.

Ему поддакивал Пасьвич.

— Да, ты прав: продать все, а деньги спрятать. Не отдавать же дармоедам своего добра. Лодырям. А Плоты... Да Хи-и-б... У-у-у!


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40