Зеленый шум


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Глухой внезапный удар, сопровождаемый звоном разбитого стекла, повалил Якова на стол. Он стукнулся подбородком о столешницу, а рука протянулась к чернильнице и столкнула ее на пол. В следующее мгновение Яков отшатнулся от стола и повалился на пол. Молнией сверкнула мысль о недописанном письме и тут же погасла. Он хотел позвать отца, но не нашел в себе силы вымолвить слова: боль в плече перехватила горло.

Когда на минутку стало как будто легче и Яков чуть-чуть открыл глаза, он заметил, что возле него хлопочут родители. То ли рушник, то ли белый холст колыхался над его плечом, а губы чувствовали холодную кромку стакана.

Полуодетая испуганная мать поила его студеной водой и причитала:

— Яшень-ка-а, мой сы-ынок! Что же это за разбойники тебя? Боже-е мой... Яшенька..

— Подлецы-ы! Это дело кулацких рук! Им не замести следов, Не-е-ет! — кричал Юстын.

Уложенный родителями в постель, Яков дремал, но сквозь мучительное забытье он ощущал нараставшую сумятицу в хате.

Скоро его в полусознательном состоянии перенесли на устланную соломой телегу и отвезли в больницу.

Светило еще не жаркое солнце, и длинные тени большого дома стлались по мостовой, когда осторожные санитары бережно внесли Якова в помещение больницы.

Усатый остролицый доктор закрывал от него белым халатом окна, потолок и скрипнувшую дверь.

Острая боль в раненом плече отдалась во всем теле, но через некоторое время Яков успокоился, забывшись сном.

Убитая горем, с заплаканными глазами возвращалась мать Якова из больницы. Она ничего не видела перед собой, не замечала, и мир казался ей пропастью. Заботы о раненом сыне заслонили все иные хлопоты и мысли. Пятруля не знала, что делать, за что взяться, она безвольно ковыляла среди опустелых полей.

Еще на краю деревни Пятрулю окружила толпа крестьян. Каждый начал ее утешать и грозить злодеям. С уст возмущенных булавковцев не сходили имена кулаков Папелки и Пасьвича. В это время их обоих брали под арест. Плотов двор был обследован много раз. Пристальные взгляды милиционера и председателя сельсовета не однажды всматривались в притоптанную тыквенную бвтву на огороде, изучали легкие отпечатки босых ног в картофельнике. Сломанная в перелазе жердь указывала на следы во дворе, но тщательно подметенная дорожка их скрадывала.

Сторож, старый Панас, будто бы видел человека, промелькнувшего в сторону хаты Пасьвича. Но он не может утверждать, что это ему не привиделось. Панасу казалось также, что во дворе Папелки сразу после выстрела будто кто-то стучал в дверь. Заверить же, что то был Адась, старик тоже не мог.

Вскоре после того, как совершилось злодейство, вслед за Панасом к Плоту прибежали Тамаш Хиб и Миколай Жвыр. Тамаш жалостливо ойкнул и сразу побежал звать милиционера. Это все, что мог сказать Панас.


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40