Зеленый шум


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Там, где толока, на взгорке, у ржаного поля — штабеля строевого леса. Целый день возле них оживление. Под стук топоров, под шипение пил растет новое строение... Уже верхние венцы его поднялись над кучей обструганных сосен.

Мимо больницы — новая дорога. Грохочут подводы с камнем для фундамента, с песком, с белой смолистой дранкой. Налаживается! Строится! Растет! Булавка разламывает стянутые обручи, разгораживает перелазы и десятки тропинок сливает в один широкий проезд. Любо детям бегать смотреть на невиданный доселе в деревне высокий, просторный дом. Они видят и своим детским разумом смекают, .что в новом здании разместится весь булавковский скот. Скорее бы поднять такой домище и для зерна.

С палкой в руках, с помощью матери и сиделки, Яков тихо шел из больницы домой. Его похудевшее лицо отражало неутихшие боли, глаза рассматривали все вокруг. На ржаном поле виднелись остатки снопов, на яровом — зеленя.

Полевыми дорогами туда и сюда ездили порожние и полные зерна телеги. На желтых полосках пестрели белые сорочки булавковцев. Гомон и песни, как всегда, из года в год, сопровождали работу жнецов.

Но не это привлекало внимание Якова. Он остановился, когда поравнялся с новым красивым зданием. Его белые высокие стены отражали августовское солнце в каплях н натеках пахучей смолы. На стропила натягивалась шапка-крыша. Перед ним присмирели деревенские хаты. Невзрачные и серые, они покорно улыбались нежданному пришельцу и уступали ему дорогу.

—   Молодцы, дядьки, постарались! — не стерпел Яков чтобы не высказать своего удовлетворения.

—   Не терпелось! Вперегонки, один за другим. Уж как снедала забота о тебе, а все же ни разу не забыла поинтересоваться. Мастеров охватил задор, с зари дотемна гвоздят, гвоздят, гвоздят. А отец, ой, отец! Видел бы ты, сынок... Не позавтракает—бежит то в лес, то на стройку... Рожь на полоске переспела, словно песок осыпается, а он хоть бы что. Колхоз все ему осветил, как солнце. Увидит где беспорядок — охает, поругает и плотника, и возчика, и наемного работника... Отец, Жвыр, Хиб и старый Гальяш Сукня...        

Крестьянин с возом ржи остановил коня. Яков не заметил, как замоталась рыжая окладистая борода, засияли синие живые глаза.

Протягивая Якову руку, крестьянин удивленно сказал нараспев:

—   Да неу-у-же-е-ли Я-а-ков!

—   Видать, я!


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40