Крутой поворот


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Как только Очутился я в уборной и Дядя Ваня бросил мне. несколько одобрительных слов, я забыл про ломоту в спине, про неуклюжие поклоны на параде и неловкие приемы в схватке с Бутурлиным. «Все это пройдет, и я докажу им, с кем они имеют дело».

Заработанные пять рублей я с гордостью положил в карман и, задрав нос, вышел из цирка на освещенную улицу. Электрическая реклама — стрелой бегущие, мигающие огоньки — наряду с другими фамилиями освещала и фамилию Антося Точилы... Более того — выйдя из цирка, я заметил, что в кучке рабочих показывали на меня пальцами и один сказал так добросердечно, что я возрадовался: «Вот борец Точила, который в первом туре вышел против Бутурлина». И вслед за этим, совершенно неожиданно, я встретил управляющего издательством, который опять-таки похвалил меня: «Мне твой дебют очень понравился. У тебя, Аитось, богатые данные». Я подумал, что это просто обычная отеческая снисходительность, но Павел Прут несколько раз повторил то же. Он уверил меня, что и в следующее выступление не преминет «полюбоваться моими успехами».

Я прошел с управляющим до самого Невского, и беседа с ним сгладила все, что было неприятного в моем дебюТе. "Я готов был тут же вернуться в цирк.

Назавтра, знаешь, Зыдор, у меня не было ни малейшей охоты идти на службу, я был охвачен желанием' посвятить всю жизнь цирку... К слову сказать, Дядя Ваня на ноябрь включил в программу десять моих выходов. На языке борцов это означало, что «из Точилы: выковывается гвоздь сезона». Разумеется, здесь была хорошая доза иронии, но факт оставался фактом. Казалось, я нашел землю обетованную. Уже после второго выхода на арену и удачной схватки с Балакиревым «Геркулес» поместил мой портрет. У меня голова пошла кругом от гордости, когда я увидел себя — стройного, видного лицом и фигурой витебского спартанца. Журнал я, конечно, показал управляющему и немногочисленным моим знакомым. Однако, Зыдор, давай я тебе расскажу о моей второй схватке.

—   Может, зайдем в буфет? — спросил Антося Зыдор.

—   Не мешало бы чего-нибудь перекусить: пора.

—   Я начинаю тебе сочувствовать; небось умаялся рассказывать, — пошутил Зыдор.

—   Только бы ты не умаялся, слушая. Впереди еще' много интересного и забавного.

Скоро отыскав свободное место, они уже сидели на открытой, заполненной людьми веранде. Зыдор заказал дежурное блюдо — почки соте, пару пива —и сказал товарищу: '

—   Сегодня уж я плачу.

—   Вон оно как? Ишь ты... Ну, хорошо, — посмеялся Антось и хотел продолжать свой рассказ. Но из боковой аллейки показалась колонна спортивной молодежи. С барабаном и гармонью физкультурники, девушки и парни, направлялись со стадиона в город. Антось, словно от искры, загорелся живым интересом, увидев стройных, пышущих здоровьем спортсменов. Он, потерев от удовольствия руки, не удержался, чтобы не высказать товарищу навеянные этим зрелищем мысли:

—   Вот, пожалуйста. Должно быть, не один из них мечтает о таком же амплуа атлета или эстрадного гимнаста. А чего доброго, и... циркового борца. Но в нашу эпоху великой стройки, когда каждый человек на счету, когда социалистическое строительство требует от каждого преданности, силы и творческого подъема, думать о профессии циркового борца пока не время. Современная молодежь, воспитанная Октябрьской революцией, закаленная неустанным трудом, — не нам чета. Не забудь, Зыдор, что я вступил на этот грязный путь в самые черные годы самодержавия. Воздух был отравлен смрадом гниения. Страна стонала в когтях временщиков, которые принесли десятки миллионов здоровых молодых людей в жертву Молоху авантюрной кровавой войны... Да что говорить. Хотя, конечно, от меня самого, многое зависело. Но что я, брат Зыдор, тогда из себя представлял! О, если б мне это нынче пришлось! Если бы ты, друг мой, видел меня тогда —сейчас не признал бы. Нет. Ни за что! Четыре года работы в Ленинграде на Балтийском заводе буквально преобразили меня. Окунувшись в рабочую среду и став членом партии, я сумел приобрести и знания, и практический опыт, и закалку настоящего большевика... Вот почему я не могу себе простить восьмилетнее прозябание в мерзком болоте цирковых кулис. Столько времени преступно брошено мной на бесплодное занятие. Разумеется, отчасти виноваты были и окружающие условия. Потому-то и хочется мне, вернувшись к прошлому, лишний раз подчеркнуть всіо никчемность подобных увлечений. Да, товарищ Зыдор... Слушай же дальше.


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23